человек как социальная форма материи

Посмотрим же, что происходит в искусстве, к чему привела эпоха плюрализма в России и кому выгоден данный расклад карт на арене Эвтерпы, Каллиопы

В последнее время хотя в последнее ли? интеллигентствующие слои населения с пеной у рта напропалую кричат об упадке культуры, о деградации искусства. Обычно, как показывает практика, рационального зерна в их связной, но малосемантической речи, днем с огнем не найдешь. Но тут шкура их не подвела, она как лакмус, опущенный в кислую среду, начала краснеть. Эта краснота не результат чувственного единения с пролетарием, которого хотят еще сильнее оболванить, эта краснота результат злобы из-за того, что их могут погнать поганой метлой от денежной кормушки, а на их место придет новая интеллигенция, которая за сахарную косточку вытворит такие акробатические трюки, которые им и в самых рисковых снах не снились.

Культурологи выделяют до 150 определений понятия «культуры». Все они о разном, нет ни одного похожего. И в этом нет ничего удивительного, ведь то, что отличает человека, социальную форму материи, от прочего животного мира, биологической формы материи, не может быть описано двумя словами, то, что является качественным прыжком из лона природы в колыбель сознания, не может быть не многообразным, разносторонним, бесконечным, как действительный мир вокруг нас.----------------------<cut>----------------------Для нас же, в первую очередь, культура это система ценностей, жизненных представлений, образцов поведения, норм, совокупность способов и приемов человеческой деятельности, объективированных в предметных, материальных носителях (средствах труда, знаках) и передаваемых последующим поколениям. А искусство это уже одна из форм общественного сознания, составная часть культуры человечества. Это мастерство передачи определенной информации зрителю или слушателю. Основными формами, в которые выливается искусство, являются литература, архитектура, живопись, кинематограф и музыка. Все эти пять форм искусства преследуют нас на каждом шаге жизни. Мы читаем по пути на работу, на учебу в душных автобусах, мы читаем в очередях, чтобы хоть как-то отвлечься от времени, ставящего нас лицом к лицу с собственными мыслями, и сидя в уютном домашнем кресле, нередко, в руках оказывается книжонка. Мы видим здания, из стекла и бетона, с колоннами, выросшими из мха городских домишек, видим памятники, все реже советские, чьи названия нами забываются, а имена людей смотрящих на нас с высоты десяти метром вспоминаются с трудом, и все чаще новомодные, Петры I, смотрящие на Москву с высоты птичьего полета, деревянные «П», открывающие обзор города, железнодорожным туристам и прочие произведения архитекторов всего буржуазного мира. Мы посещаем галереи, посещаем выставки художников. Смотрим на картины, одна способна превратить нас в детей, побудить смотреть заворожено часами и любоваться сказочностью игры красок, заставить погрузиться в атмосферу, которую так продумано создал художник, другие делать умные собачьи глаза, намекающие, что вы все понимаете, но ничего не можете сказать. Мы ходим в кино, закупившись перед этим мешками попкорна, и жадно его уничтожаем по ходу действия фильма, который забудется через семь минут шуточных комментариев после его окончания. Смотрим киношедевры дома, поглощая макароны с сыром перед телевизором. Вообще, кино вызывает жевательный рефлекс. И лишь иногда мы позволяем себя те фильмы, которые не забываются через пять минут, те фильмы, которые вызывали искренние эмоции у наших родителей, когда они их смотрели молодыми, и которые будут вызывать искренние эмоции у наших детей. И наконец, музыка. Она может одухотворить на подвиги, она может окрылить и заставить взлететь, но почему-то, чаще она долбит даб-степом, беззвучным эхом отдаваясь в вакууме головы.

Искусство как оружие против пролетариата

Искусство как оружие против пролетариата :: NoNaMe